Можно ли оспорить сделку только потому, что будущий банкрот незадолго до финансовых проблем подарил свою единственную квартиру или долю в ней родственнику? Верховный Суд РФ в Определении от 05.10.2026 г. № 305-ЭС25-11954(2) по делу № А41-65170/2024 дал важный ответ: если имущество и без сделки было защищено исполнительским иммунитетом и не могло попасть в конкурсную массу, его отчуждение само по себе не причиняет вред кредиторам.
В рассмотренном деле три судебные инстанции признали дарение недействительным и взыскали с матери должника 15,5 млн руб. Верховный Суд отменил эти акты и полностью отказал финансовому управляющему.
Должник подарил матери половину квартиры еще до личного банкротства
Квартира принадлежала должнику и его матери с 1993 года: каждый владел по 1/2 доли после приватизации. Мать проживала в ней с 1989 года.
22.06.2018 г. сын подарил матери свою половину квартиры, после чего она стала единственным собственником. Спустя три года, в июне 2021 года, квартира была продана третьим лицам за 31 млн руб.
Позднее сам даритель оказался привлечен к субсидиарной ответственности по долгам подконтрольной компании примерно на 27 млн руб., а в 2024 году в отношении него возбудили дело о личном банкротстве.
Финансовый управляющий решил оспорить дарение как сделку, совершенную во вред кредиторам, и потребовал взыскать с матери половину последующей продажной стоимости квартиры - 15,5 млн руб.
Почему три инстанции признали дарение недействительным
Арбитражный суд Московской области, апелляция и суд округа поддержали финансового управляющего.
Суды исходили из того, что к моменту дарения у подконтрольной должнику компании уже имелись признаки неплатежеспособности и значительная задолженность. Сам должник мог предполагать риск последующего привлечения к субсидиарной ответственности.
Дополнительно суды указали на отсутствие экономической целесообразности безвозмездного отчуждения доли матери и посчитали, что должник таким способом фактически сам отказался от исполнительского иммунитета.
В результате договор дарения признали недействительным и взыскали с матери 15,5 млн руб.
Верховный Суд назвал саму основу этого подхода ошибочной.
Единственное жилье не входит в конкурсную массу банкрота
ВС РФ напомнил правило статьи 446 ГПК РФ: взыскание нельзя обратить на единственное пригодное для постоянного проживания жилое помещение должника или его часть, если объект не находится в ипотеке.
То же правило действует и в банкротстве гражданина. Имущество, защищенное исполнительским иммунитетом, исключается из конкурсной массы, а значит, кредиторы изначально не вправе рассчитывать на погашение своих требований за его счет.
При этом Верховный Суд отдельно подчеркнул важную деталь: при определении единственного жилья учитываются объекты, находящиеся именно в собственности должника. Сам по себе факт, что человек теоретически может жить где-то еще, правового значения не имеет.
В данном случае у должника с 2014 по 2024 год иной недвижимости вообще не было. Его 1/2 доли в квартире была единственным находившимся в собственности жилым помещением.
Нельзя причинить кредиторам вред имуществом, на которое они и так не могли претендовать
Это главный вывод определения.
Верховный Суд рассудил просто: если доля оставалась бы у должника до момента банкротства, она все равно была бы защищена исполнительским иммунитетом и не попала бы в конкурсную массу.
Следовательно, ее дарение не уменьшило тот объем имущества, за счет которого кредиторы реально могли получить удовлетворение.
То есть сама по себе безвозмездность сделки, родственные отношения сторон и даже возможное понимание должником своих будущих финансовых проблем еще не означают причинения вреда кредиторам.
Для оспаривания сделки необходимо показать, что из имущественной массы действительно выбыл актив, на который кредиторы имели право рассчитывать.
Здесь этого не произошло.
Дарение не означает добровольного отказа от исполнительского иммунитета
Отдельно ВС РФ отверг аргумент о том, что, подарив долю, должник якобы сам отказался от защиты единственного жилья.
Суд указал, что закон предусматривает только один случай добровольного ограничения исполнительского иммунитета в отношении жилья - передачу недвижимости в ипотеку.
Само распоряжение единственным жильем, в том числе его дарение, такого эффекта не создает.
Более того, Верховный Суд отметил: если гражданин уже после признания банкротом вправе распоряжаться имуществом, которое не входит в конкурсную массу, нет оснований запрещать ему распоряжаться таким же имуществом и до возбуждения дела о банкротстве.
Почему мотивы должника в этом деле уже не имели значения
Финансовый управляющий настаивал, что должник мог заранее понимать риск субсидиарной ответственности и сознательно выводил актив.
ВС РФ фактически ответил: даже если предположить такую мотивацию, этого недостаточно.
Поскольку подаренная доля была защищена исполнительским иммунитетом, кредиторы все равно никогда не могли бы получить из нее удовлетворение. Поэтому сама сделка не причинила им имущественного вреда.
А если вред отсутствует, анализировать иные мотивы должника для разрешения именно этого спора уже не требовалось.
В результате Верховный Суд отменил определения всех трех инстанций и сам принял новый судебный акт и полностью отказал финансовому управляющему в признании дарения недействительным.
Документ: Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 05.10.2026 г. № 305-ЭС25-11954(2) по делу № А41-65170/2024.
Комментарий адвоката Севильи Рафаэлевны Салмановой
Это определение очень важно для практики банкротства граждан, потому что Верховный Суд напомнил о базовом принципе: оспаривание сделки это не наказание должника за подозрительное поведение. Необходимо установить конкретный вред имущественным интересам кредиторов.
Если имущество в любом случае было бы исключено из конкурсной массы как единственное жилье, его отчуждение само по себе не лишает кредиторов того, на что они могли рассчитывать. Поэтому одной формулы «подарил родственнику перед финансовыми проблемами» недостаточно.
При этом я бы не воспринимала это решение как универсальную защиту любых сделок с единственным жильем. В каждом деле нужно проверять, действительно ли объект обладал исполнительским иммунитетом, не был ли он ипотечным, являлся ли единственным жилым помещением в собственности должника и не было ли иных обстоятельств, позволяющих иначе оценить сделку.
Особенно важно заранее анализировать такие риски при банкротстве, семейных сделках и дарении недвижимости близким родственникам. Иногда один и тот же договор внешне выглядит одинаково, но в одном случае действительно может быть оспорен, а в другом, как показал Верховный Суд, кредиторы вообще не вправе претендовать на переданное имущество.
Материал опубликован исключительно в просветительских целях. Не является коммерческой публикацией. Перепечатка разрешена с указанием источника.